Новое на сайте

Что было известно Грекам о Британских Островах. — Предания о Колониях Троянцев.

Шэрон Тёрнер. История Англо-саксов. Книга Первая. Глава IV.

 

 

 

 

Шэрон Тёрнер

 

 

 

 

Познание греками Европы осуществлялось постепенно. Бедствия, испытанные в море завоевателями при возвращении домой после падения Трои, разбросали их по всевозможным уголкам приморских областей Европы (1). Вследствие этого, наряду с упомянутой выше колонией в Марселе, возникли многочисленные греческие колонии в Италии, из которых они совершали дальние плавания. Эти странствия вкупе с посещениями греческими путешественниками и философами финикийских городов Испании (2) предоставили им определенные знания о западных и северных морях Европы, ее побережьях и островах. Между тем, завоевательный поход персидского царя Дария на скифов в Европу выявил больше знаний об этих народах, чем было приобретено за все предшествующие века (3), а военные экспедиции Александра до его восточной авантюры, открыли грекам весь север Европы вплоть до Дуная. Точно так же непрекращающиеся компании Митридата предоставили и грекам и римлянам знания о различных племенах, населявших Азовское море и его окрестности (4). Таким образом, греки обладали достаточно многочисленной информацией о древней хорографии Европы, хотя и не были знакомы, по упоминанию Полибия, со многими ее внутренними областями (5).

 

Британия, известная грекам.

Но то, что Британия и Ирландия были известны грекам, по крайней мере, по названию, – факт неоспоримый. Древняя поэма Аргонавтика, приписываемая Орфею, но значительно более позднего происхождения (6), описывает путешествие аргонавтов во время их возвращения в Грецию. В этом любопытном произведении они из Босфора Киммерийского были вынуждены проплыть, обогнув север Европы. По прибытии на юг , автор рассказывает, что "они прошли островом Иернида" (7). Был ли следующий замеченный ими остров, описываемый как изобилующий соснами, какой-либо частью Британии, установить невозможно. Но поскольку эта поэма написана, даже если и не во времена Писистрата, о чем многие утверждают, то уж во всяком случае, в глубокой древности (8), это доказывает, что Ирландия была известна древним грекам.
     В книге «О мире», приписываемой Аристотелю, Британские острова упомянуты своими собственными именами – Альбионом и Иерной.
     Массу информации о наших островах должно было предоставить грекам путешествие Пифея, жившего в пятом веке до н.э. (9), и, как кажется, бывшего современником Аристотеля (10). Он отправился в плавание из Марселя, где проводил наблюдения по определению его широты, позволившие Эратосфену и Гиппарху вычислить ее с точностью, которую современные астрономы сочли безупречной (11). Он проплыл вдоль побережья Испании, Португалии и Франции до Британского канала и прошел вдоль восточного берега Британии к северу, пока не достиг острова, который назвал Фуле. Пифей – первый мореплаватель, достигший Северного океана. После этого он поплыл к Германскому океану, через пролив Зунд прошел в Балтийское море, и доплыл до реки, которую считал Танаисом, границей Европы (12). Во время путешествия он проводил множество наблюдений касающихся климата, жителей и промыслов, посещаемых им стран, из которых сохранилась лишь ничтожная часть фрагментов. По дошедшим до нас комментариям Пифея, очевидно, что Британия была важнейшим объектом его исследования (13).
     В третьей книге своей истории Полибий сообщает, что Британские острова и способ добывания олова, станут одной из тем его будущего сочинения (14). Его друг, великий Сципион, расспрашивал о Британии (15) торговцев Нарбонна и Марселя, хотя и не смог получить вследствие их невежества или подозрительности ничего достойного для упоминания. Но поскольку Полибий замечает, что многие писатели до него подробно рассказывали, хотя и по-разному, об этом и других предметах, рассмотрение которых он в настоящий момент откладывает, а также, поскольку он сам путешествовал по Испании и Галлии и плавал по океану, ограничивающему их снаружи (16), то эти замечания столь пытливого и рассудительного писателя были бы неоценимым подарком нашей любознательности. Но если они когда-либо и были написаны (17), время не сохранило их. До нас так же не дошли работы таких авторов, писавших о Британских островах, как Тимей, Исидор, Артемидор, Мессенец [Евгемер], Эрастофен, Гиппарх и Посидоний (18).
     Безусловно, греческие географы обращали свое внимание на северные и западные части Европы. Цезарь упоминает, что огромный Геркинский лес в Германии был известен Эратосфену и многим другим грекам, которые называли его Оркиния (19). Однако то, что греческие колонии существовали в Британии, не может основываться лишь на неопределенном сообщении блаженного Иеронима (20). То, что Гиерон, король Сицилии, имел на своем корабле грот-мачту, доставленную из Англии, зиждется на пассаже Афинея (21), который, как считается, дошел до нас в искаженном виде; в противном случае фраза Полибия, не будь она исправлена, представляла бы Ганнибала сражающимся в Британии (22). Более поздние греческие изложения – всего лишь беспорядочные выдумки (23). Однако то, что до экспедиции Цезаря Британия, по крайней мере, всплывала в памяти римлян, очевидно из пассажа Лукреция, в котором она упоминается (24). Таким образом, замечания Диона Кассия и Диодора выражают действительно реальное положение дел в вопросе фактического общения греков и римлян с Британией (25).
     Хорошо известно, что Гальфрид Монмутский в своей истории Британии, которая так широко распространилась в двенадцатом столетии, что в былые годы всерьез завладела общественным мнением, прослеживает начальную колонизацию Британии от троянских истоков, т.е. от Брута, сына Энея, кто после скитаний по морю и высадки в Галлии, в конце концов, создал поселения на этом острове. То же предание имеется в Валлийских хрониках, которые приписаны Тиссилио, и некоторыми рассматриваются, хотя и абсолютно необоснованно, в качестве первоисточников Гальфрида.
     Однако нельзя описывать ход истории на основании работы столь явно мифической, каковой является данное сочинение Гальфрида, или вернее, как он сам говорит, его перевод некой бретонской рукописи. Между тем, пытливый исследователь справедливо спросит, эта троянская история берет начало с Гальфрида или имеет более раннее происхождение? По этому вопросу вполне достаточно сделать несколько пояснений.
     Впервые она появляется у Ненния, написавшего в девятом веке о том, что в его время мнение о подобном происхождении бытовало в Британии, так что именно он в общих чертах упоминает это предание (26), столь преувеличенное и драматизированное Гальфридом.
     В своих стихотворениях Трою весьма часто упоминает Талиесин и, тем самым, как представляется, ссылается на традицию подобного происхождения (27). Все это слишком расплывчато для истории, и, тем не менее, весьма замечательно, что в Европе смогли сохраниться несколько традиций, связанных как с завоевателями, так и побежденными в той знаменитой войне, которую увековечил Гомер (28).
     Честолюбивые устремления Цезаря, которому доставляло удовольствие совершать то, чего до него не смог совершить ни один человек, подвигли его вслед за завоеванием кельтского народа в Галлии и вторгавшихся на ее территорию германцев, осуществить попытку разведать и покорить Британию. Он не знал, была ли она бескрайним континентом или ограниченным морем островом. Но сомнение и неизвестность послужили лишь дополнительными искушениями его честолюбивому гению. Величественным умам неизведанное столь же привлекательно, как и замечательное; и неиспытанная опасность – лишь дополнительный тайный стимул изучить его. Он снарядил небольшой флот, чтобы исследовать ее побережья; и решил с армией, которую он в тот момент рискнул забрать из Галлии, попытаться проникнуть в страну, которую ни один из завоевателей цивилизованного мира, казалось, еще не видел.

 

происхождение саксов

 

 

(1) Страбон, кн. III. II. 13; кн. III. IV. 3. Плутарх. Жизнеописание Никия. <текст>

(2) О которых у нас есть свидетельство Посидония. Смотри Страбон, кн. III. IV. 3. <текст>

(3) Геродот. <текст>

(4) Страбон, кн. I. II. 1. Несколькими греческими писателями – Дикеархом, Мессенцем [Евгемером], Эратосфеном и Посидонием были созданы труды по древней географии Европы, до нас не дошедшие. Они упоминаются Страбоном (География, кн. II. IV. 1), который слишком необоснованно, как представляется, их порицает. Это один из недостатков Страбона, его излюбленный конек – нападать на всех предшествующих ему географов. Он относится к людям "не терпящим братьев рядом с троном". (Цитата из Александра Попа:

«Should such a man, too fond to rule alone, Bear, like the Turk, no brother near the throne».                   Пролог к Сатирам, ст. 197. – Прим. al_avs) <текст>

(5) Полибий (Всеобщая история, кн. III. 37) помещает эти области между Нарбонном и Танаисом. <текст>

(6) Свида повествует, что Аргонавтика была написана Орфеем из Кротона, кого Асклепиад в шестой книге своей Грамматики объявляет другом Писистрата. Suidas, lexicon (gr. et lat.) ex recensione et cum notis Aemilii Portii, vol. II. P. 339. Некоторые другие работы, ходившие под именем Орфея, он приписывает Ономакриту, ib. P. 338. <текст>

(7) Αργοναυτικα, ν 1179. Orpheōs hapanta: Orphei Argonavtica, Hymni libellvs De lapidibvs et fragmenta. Lipsiae. 1764. P. 156. Страбон (кн. IV. V. 4) называет Ирландию Ιερνη (Иерна), а Диодор Сицилийский дает ей имя, практически схожее с родным названием. На гэльском языке Ирландия – Erin (Эрин); у Диодора – Ιριν (Ирин). Историческая библиотека, кн. V. 32. <текст>

(8) Древность Αργοναυτικα была умело доказана Давидом Рункениусом. Он указывает, что на нее ссылались два античных грамматика, Орус и Драко Стратонисенсис, а свое собственное критическое суждение о ее старине приводит в весьма сильных выражениях; "Is, qui Argonautica et Hymnos Orpheo subjecit, sive Onomacritus fuerit, ut plures traducit, sive alius, scriptor certe meo judicio Vetustissimus est; in quo quamvis animum diligenter attenderim ne levissimum quidem recentioris aetatis vestigium reperi; contra, proba omnia et antiquitatem redolentia". Davidis Ruhnkenii Epistola Critica II. P. 128. ed 1782. <текст>

(9) Он указан Стефанием среди тех (Voc. ωστιωνες), кто жил в этот период. <текст>

(10) Смотри очень талантливое исследование мсье Бугенвиля о его жизни и путешествиях. Jean-Pierre de Bougainville. Éclaircissements sur la vie et sur les voyages de Pythéas de Marseille. Mémoires de l'Académie des inscriptions et belles-lettre. Vol. XXX. P. 285. <текст>

(11) Bougainville. P. 289. Пифей приписывал причину приливов и отливов влиянию луны. Plutarch. De placitis philosophorum (Псевдо-Плутарх. Мнения философов. Кн. III. 17. – прим. al_avs). Его описание северных звезд с одобрением цитировал Гиппарх в Комментарии к феноменам Евдокса и Арата. <текст>

(12) Бугенвиль из трудов Страбона и Плиния отобрал выдержки о путешествии Пифея, в которых описываются эти подробности, и реабилитировал его от разгневанных выпадов Страбона, который, не смотря, что сам порой допускал ошибки, был весьма беспощаден в своей критике Пифея. <текст>

(13) Смотри Плиний Старший. Естественная история. Кн. II, гл. LXXVII и XCIX (Архив истории науки и техники. Вып. 3. Сборник статей. Наука, Москва, 2007. С. 287—366. Перевод с лат., комментарии и послесловие Б. А. Старостина – прим. al_avs); Pliny. Natural history, lib. IV. c. 27 & c. 30, а так же Страбон, кн. II. IV. 1 и кн. II. V. 8. У Пифея необыкновенная судьба: он подвергался резкой критике Страбона и Полибия, но был признан Эратосфеном и Гиппархом. <текст>

(14) Полибий. Всеобщая история. Кн. III. 57. <текст>

(15) Страбон, кн. IV. II. 1. <текст>

(16) Полибий. Кн. III. 58 – 59. <текст>

(17) Говоря о Британских островах, Полибий скорее упоминает трактат, который только намеревается сочинить, нежели тот, который уже вышел из-под его пера. Из приведенного им пассажа доподлинно неизвестно, исполнил ли он свои намерения; между тем, некоторые упоминания Страбона, как кажется, были заимствованы из такой работы. <текст>

(18) Pliny. Natural history, lib. IV. c. 30. Страбон. Кн. II. IV. 1; Кн. IV. IV. 6; Кн. I. IV. У Тацита в Жизнеописании Агриколы мы находим, что "eloquentissimi auctores" («красноречивейшие писатели» – прим. al_avs) – Ливий и Фабий Рустик, до него также обращались к описанию Британии. <текст>

(19) Цезарь. Записки о галльской войне. Кн. VI. гл. 24. <текст>

(20) Блаженный Иероним в своих Еврейских вопросах на Книгу Бытия, ссылаясь на Варрона, а так же Сизиния Капитона и Флегона, не приводя, однако, их точные фразы, говорит, что греки владели всем морским побережьем от Аманских и Таврских гор до Британского океана. Однако эти писатели, скорее всего, имели в виду не что иное, как греческие колонии в Марселе. <текст>

(21) Афиней подробно описывает знаменитый корабль, который Архимед построил для Гиерона, ибо совсем недавно с большой тщательностью прочитал о нем в книге Мосхиона. После описания всех подробностей его конструкции он переходит к мачтам и говорит, что вторая и третья были найдены легко, а вот первая досталась с трудом. Она была найдена свинопасом εν τοις ορεσιν της Βρεττανιας, и механик Филей из Тавромения доставил ее к морю. Пир мудрецов. Кн. V. 43. Кэмден предполагает, что это место, видимо, искажено и его следует читать Βρεττιανης, т.е. у брутиев в Италии («в горах Бруттия» – прим. al_avs). <текст>

(22) Искаженный пассаж Полибия встречается в эклоге 11-ой книги. Искажение текста здесь явное, как отметил Кэмден. Пассаж относится исключительно к Италии. <текст>

(23) Существовало несколько нелепых фантазий о старинных связях греков и римлян с Британией. Рассказы о том, что Александр Великий прошел от Кадиса до Британии, или, что британские короли подносили подарки Катону Старшему в восхвалении его достоинств, о чем упоминают Георгий Кедрен и Иоанн Цец, – все это вымыслы, демонстрирующие, что введение романтических небылиц в историю исходило не только от наших сказителей. <текст>

(24)

"Nam quid Britannium coelum differre putamus Et quod in Ægypto est, qua mundi claudicat axis".      Luc. («Надо представить, сколь разнится сильно британское небо С небом Египта, в котором колеблется ось мировая…»             Тит Лукреций Кар. О природе вещей. Кн. VI. Ст. 1103. Перевод Ю. Рачинского. Прим. al_avs) <текст>

(25) Дион Кассий говорит: "Древнейшие греки и римляне не знали о ее существовании; более же современные из них терялись в сомнении, была ли она континентом или островом. И хотя каждый поддерживал собственное мнение, у них не было о ней никаких определенных знаний, поскольку сами они остров не видели и не общались с его уроженцами". Roman history, lib. XXXIX. Диодор замечает: "В древности она оставалась неподверженной вражеским вторжениям: ни Дионис, ни Геракл и никто другой из героев [или правителей], насколько нам известно, не совершал против нее похода". Историческая библиотека, кн. V, 21. По мнению Мелы Цезарь подчинил ее племена не только прежде незавоеванные, но и доселе неизвестные. Pomponius Mela. De situ orbis, lib. III. P. 263. <текст>

(26) Ненний утверждает, что выводит свое повествование из римских анналов. Вкратце история такова. Брут был внуком Аскания, сына Энея. Изгнанный из Италии и Тирренского моря, он направился в Галлию и основал Тур, а оттуда прибыл на этот остров, дал ему свое имя и заселил его примерно в то время, когда Эли был судьей Израиля. История бриттов, гл. 10. <текст>

(27) Смотри Welsh Archaiology, vol. I. <текст>

(28) Так Тацит упоминает об убежденности германцев в том, что Улисс, занесенный в Северный Океан, основал город Асцибургий, и что там был найден алтарь, посвященный Улиссу, а на нем имя Лаэрта, его отца. О происхождении германцев и местоположении Германии, 3. Гай Юлий Солин отмечает предание об Улиссе, достигшем залива в Каледонии, ''где", добавляет он, "демонстрируют алтарь с греческой надписью". Collectanea rerum memorabilium, c. 22. Утверждается, что троянские колонисты основали Трапани в Италии. Дионисий Галикарнасский. Римские древности. Кн. I. LII. Вергилий сообщает (Энеида. Кн. 1. Ст. 242), что Антенор основал Падую и привел своих последователей-троянцев в Иллирию и Либурнию, и к источнику Тимава, т.е. в Склавонию, Хорватию и Фриуль. — Плиний (кн. IV. I. 3) размещает дарданов в Мёзии, которую он располагает от Понта до Дуная, Страбон (География, кн. 7) причисляет дарданидов к иллирийцам, а Пиндар приписывает Антенору также и основание колонии Кирена в Африке. Пифийские Оды, 5. Еще одна легенда связывает Улисса с Лиссабоном. Ливий описывает вышеупомянутого вождя троянцев (Антенора – прим. al_avs) основателем также и венецианского населения. История Рима от основания города, кн. I. 1. Однако традицией, наиболее прямо связывающей себя с сообщениями Ненния, является предание, отмеченное Аммианом Марцеллином. Оно гласит, что некоторые троянцы, спасавшиеся от греков и рассеявшиеся повсюду, заняли области в тогда еще незаселенной Галлии. Римская история, кн. XV, гл. 9. <текст>

 

происхождение саксов

 

© перевод А.В. Сынковского, 2013

Читать далее →